МЕСЯЦА».[27 - ТЕГЕРАН

Но его перебил тихий, скучающий голос лорда Годальминга.
Второе положение сводится к тому, что Германия должна производить натуральные платежи в двух формах, а именно: а) единовременные изъятия из национального богатства Германии, находящегося как на территории самой Германии, так и вне ее, по окончании войны (фабрики, заводы, станки, суда, подвижной состав железных дорог, вклады в иностранные предприятия и т. п.) и б) ежегодные товарные поставки после окончания войны.
Далее Черчилль заявляет, что британская делегация подготовила альтернативный документ по польскому вопросу, который был передан русским друзьям. Но так как дискуссия началась по предложению Президента, то Черчилль готов продолжать ее в том же плане.
Три Правительства озабочены тем, чтобы оказать Польскому Временному Правительству Национального Единства помощь в деле облегчения возвращения в Польшу так скоро, как это практически возможно, всех поляков, находящихся за границей, которые пожелают возвратиться в Польшу, включая членов польских вооруженных сил и торгового флота. Они ожидают, что возвращающимся на родину полякам будут предоставлены личные имущественные права на равных основаниях со всеми польскими гражданами.
Случилось так, что Дима Данилов, наполовину русский, наполовину белорус – лицом был вылитый "истинный ариец", какими их изображают на плакатах и в пропагандистских фильмах. Идеально правильные черты лица, серо-голубые глаза, волосы светлые, и не с соломенным оттенком, а с пепельным, в общем, его запросто можно было выставлять, как идеал чистоты немецкой нации, если бы не излишняя худоба и вечная грязь, покрывающая кожу и волосы. Так что Димка являл собой скорее образец мученичества арийской нации, а не ее процветания, и никому никогда не приходило в голову никаких аналогий.
Сталин. Что же вас репарации пугают? Мы можем отказаться от репараций с этих территорий, пожалуйста.
– Ведь Земля притягивает и Луну, не так ли? Однако разве падает что-нибудь с Луны на Землю?
Поразмыслив таким образом, Гели решила, что самый подходящий момент для объяснения – не завтра, на балу, а сегодня, прямо сейчас. Очень уж хотелось увидеть Курта вблизи, поговорить с ним… Она слезла с подоконника и принялась судорожно рыться в своем весьма скромном гардеробе. К сожалению, легких романтических нарядов, подобающих случаю, у нее не было. Мачеха по-прежнему заказывала для нее скромные синие и коричневые платья с плиссированной юбкой и белым воротничком, а в качестве выходных – «матросские костюмчики»: белые, с короткой юбочкой, синим квадратным воротником и галстучком. Вообще-то так было принято одевать девочек от семи до двенадцати лет. Но никак не пятнадцатилетних подростков! Но Магда твердила, что Гели выглядит моложе своего возраста и вполне может носить матросские костюмчики… Спорить с Магдой было попросту некому. Дяде Хельмуту этот вопрос был совершенно безразличен. А Гели не осмеливалась.
«Главы трех правительств считают, что восточная граница Польши должна идти вдоль линии Керзона с отступлениями от нее в некоторых районах от пяти до восьми километров в пользу Польши. Главы трех правительств признают, что Польша должна получить существенное приращение территории на севере и на западе. Они считают, что по вопросу о размерах этих приращений в надлежащее время будет спрошено мнение нового польского правительства национального единства и что, вслед за тем, окончательное определение западной границы Польши будет отложено до мирной конференции».
Трумэн. Мы будем продолжать отводить наши войска из Ирана, потому что там есть войска, которые нам понадобятся на Тихом океане.
Рузвельт (обращаясь к Черчиллю). Не правда ли, что операция против Родоса потребует большого количества десантных средств?
Глава делегации, парижский аббат де Брийон, доложил ему о цели прихода и потребовал проводить их к его святейшеству.
Она была в темноте.
1 моторизованная дивизия
Звякнул колокольчик и в дверь заглянула встревоженная Гели.
И в первый момент она не узнала в этом голосе – голос своего возлюбленного Курта.
Черчилль. Может быть, было бы хорошо ввести переданные Советскому Союзу итальянские корабли в Черное море вместе с британскими кораблями для помощи советскому военно-морскому флоту.
Камарели коротко подвел итоги дискуссии, и предложил голосованием принять резолюцию.
Мимо станции, не останавливаясь, прошел поезд – со стороны, противоположной той, откуда приехала Гели. Бесконечная череда товарных вагонов долго-долго тянулась мимо платформы. Гели заметила, что в зарешеченные узенькие окошки из многих вагонов высовывались руки людей, словно пытавшиеся поймать ветер или солнечные лучи… Почему эти люди надумали ехать в товарных вагонах? Должно быть, неудобно и неприятно – в такую-то жару!
5. О принятии в члены Организации Объединенных Наций Италии и других стран – бывших сателлитов.
– Вклад уже был, – прошептал Гарри.
– Я люблю тебя!
Сталин. Да, так лучше будет сказать. Давайте десятый раздел.
– С моей стороны было бы неблагодарностью не оценить ваш благородный шаг. Вы найдете во мне радушного хозяина и признательного сотрудника. Мы не избалованы бескорыстным отношением иностранных специалистов, а потому ваше предложение особенно ценно.
Даже когда это «все» происходило между Магдой и ее законным мужем, графом Хельмутом фон Далау – Магде все равно нравилось наблюдать собственные страстные игры. Хотя «все» с Хельмутом было настолько пресно и скучно, что вовсе не заслуживало внимания. То есть, не заслуживало бы… Если бы не красота Магды.
Черчилль. Чтобы проверить информацию?
И все же где-то в самых дальних тайниках сердца у Камарели что-то дрогнуло. Изобретением Вайсмана или прекрасным лицом незнакомки вызвано это волнение?
Священник лениво выполнил жест гнева.
Клаус Крюзер никогда не любил фотографироваться с трупами, его всегда безмерно удивляла эта странная забава, улыбаться на фоне перекошенного синего лица повешенного или расстрелянного, он предпочитал фотографироваться рядом с еще живыми. К примеру, нежно обнимать юную девушку, на глазах которой только что были убиты какие-нибудь ее родственники или молодую женщину, которая смотрит и не может оторвать взгляда на распростертого поодаль ребенка, застреленного или заколотого штыком.
18 марта все было приведено в порядок, и можно было даже слетать в Москву для получения последних инструкций.
Сталин. Хорошо, я снимаю.
Потому что она вообще не верила в вампиров…
Сталин. Мы также предпочитаем их иметь в Черном море.
В результате твердой и всесторонне аргументированной позиции советской делегации англо-американская сторона на третьем заседании Тегеранской конференции 30 ноября заявила о том, что «начало операции „Оверлорд“ состоится в течение мая месяца».[27 - Тегеран – Ялта – Потсдам. С. 39.]
Димка посветил фонариком вперед… посветил влево – и там фонарик снова наткнулся на кирпичную кладку.
Сталин. Можно передать этот вопрос в Лондонскую комиссию, в которой имеются представители трех наших государств.
Она поднялась с колен, хотела было вытереть ладони об платье, но вовремя спохватилась.
Правительство Соединенных Штатов Америки от своего имени и от имени правительств Соединенного Королевства, Союза Советских Социалистических Республик и республики Китая, а также от имени временного правительства Французской республики приглашает правительство ……… представителей на конференцию Объединенных Наций, которая должна состояться 25 апреля 1945 года или вскоре после этой даты в Сан-Франциско, в Соединенных Штатах Америки, для подготовки устава всеобщей международной организации для поддержания международного мира и безопасности.
Курт не мог посмотреть на себя в зеркало, но он знал, что выглядит прекрасно.
Сталин говорит, что он понимает это.
А еще он видел в темноте. В кромешной тьме, куда не попадало ни единого лучика света, он видел каждый камешек, каждую трещинку на камешке, мокриц, пауков и мышей лучше, чем он смог бы разглядеть их при ярком солнечном свете.
И даже жизнь…
Вы молоды.
В Грузию приехало великое множество делегаций. Все, кто имел возможность, пытались собственными глазами увидеть прибывшее с Марса удивительное существо…
– Нет, Курт! – ужаснулась Магда. – Ты не можешь…
Он уже бредит, подумал Комплейн. Нет смысла говорить ему о Гвенне, раз уж он бормочет о ногах, превращающихся в руки.
Она хотела этого, она действительно этого хотела!
– Ты должен отказаться от неверного в корне мнения, будто нам неизвестно, по какому пути развивается культура обран. Она идет тем же путем, что и наша культура.
– Мне кажется, обстановка к сказкам как-то не располагает. Вы только что так четко ее обрисовали… Мы в дерьме, вокруг гансы и все такое прочее. Гарри, я говорю с вами очень и очень серьезно. Я знал Джонатана и Мину Харкер. И доктора Джона Сьюарда. Они часто собирались в нашем доме. Фотография Квинси Морриса стояла на письменном столе у отца. А мисс Люси – ее памяти – в доме была отведена целая комната. Что-то вроде часовни. Отец никому не позволял туда заходить. В детстве я боялся этой комнаты… Я знал всю историю, и мне казалось, что мертвая мисс Люси – неупокоившийся вампир – выплывет белым облачком из-под двери. Причем в тот самый момент, когда я буду проходить мимо. Если бы отец узнал, он бы убил меня за такие мысли. А мама знала. Она сама боялась и этой комнаты. Она и мисс Люси боялась, и отца тоже… И только когда он умер, я смог войти в эту комнату.
Аарон выглядел возбужденным. В первый миг Лизе-Лотта даже приняла это возбуждение за веселость… Обычно он был бледен, глаза – тусклые, движения замедленные. Сейчас глаза его горели, на щеках выступили розовые пятна. Он заметался по комнате, бессмысленно перекладывая вещи с места на место. Лизе-Лотта следила за ним с тупым недоумением, прижимая к себе спящего Михеля. А Эстер, кажется, сразу поняла… И задала только один вопрос, показавшийся бессмысленным Лизе-Лотте – но сразу понятый Аароном:
Согласились рекомендовать главам правительств следующие вопросы для обсуждения на сегодняшнем заседании:
Черчилль. Я предлагаю передать этот вопрос на обсуждение наших министров иностранных дел для доклада на следующем нашем заседании.
Ее показалось, что полоса солнечного света, стлавшаяся от двери по полу конюшни, померкла, но в отчаянии своем Гели не придала этому значения. Она колотила кулачками по полу, устланному соломой, и в рыдала в голос. Ей казалось, что у нее разрывается сердце.
Сталин заявляет, что учреждение Репарационной комиссии в Москве, с чем согласны все присутствующие, – дело очень хорошее. Однако этого мало. Даже самая лучшая комиссия не сможет дать многого, если она не будет иметь надлежащих руководящих линий для своей работы. Необходимо теперь же, на этой конференции, наметить такие руководящие линии.
– Ты не веришь мне, но я все вижу.
Что там?
– Мы будем не одни. С нами пойдет еще несколько избранных людей. Они уже готовы к этому часу. Тебя обесчестили, оставили без женщины. Что тебе терять? Я искренне хочу, чтобы ты согласился, твоего блага ради, конечно же, хотя предпочел бы, чтобы меня сопровождал кто-нибудь более покладистый, пусть даже не с такими глазами охотника.
Бирнс. Раздел VII – военные преступники.
– Как мне теперь жить без тревог? Ведь я же теперь знаю, что Кеннет… Что все вампиры мира хотят его сожрать! – насупился Гарри.
Бирнс. А второе ваше предложение – об инвестициях за границей – вы тоже снимаете?
Лизе-Лотта хихикнула. Несмотря на столь грустную тему для беседы, ей всегда бывало забавно вспоминать, как яростно протестовали свекровь и Эстер против того, что она постоянно читала малышу Михелю классику и ставила ему пластинки с записью классической музыки.
Советская делегация предлагает после первых двух абзацев добавить новый абзац следующего содержания: «Было также решено рекомендовать конференции пригласить в качестве первоначальных членов международной организации безопасности Украину и Белоруссию»).
Бевин. Я бы предложил вставить это в документ, чтобы было совершенно ясно.
– Ты славная, – меланхолически улыбнулся Курт. – Какая же ты славная! Нежная, как голубка. И, должно быть, сладенькая, как сахарочек… Как же это я раньше не замечал, как ты прелестна? Подойди ко мне ближе, не бойся!
Сталин. Мы к этому вопросу не подготовлены, я не имел возможности посоветоваться с Контрольным советом, узнать его соображения.
После первых приветствий глава делегации Макдональд обратился к грузинскому инженеру с краткой речью.
Сталин. Каким требованиям?
Магда сказала, что они проведут в замке, возможно, несколько месяцев…
Черчилль. Мы вполне согласны с тем, что сказал маршал Сталин, и я думаю, что президент согласится со мной в том, что через две недели мы назначим главнокомандующего и сообщим его фамилию. Одной из задач конференции и является назначение главнокомандующего.
А сам направился наверх, в пустой замок.
Сталин. Я не могу согласиться без предложенного мною добавления.
– Но вампирша… Она сказала, что я захочу жрать мясо и высасывать мозги! Ведь я же… Я… Зомби!
Сталин говорит, что он с этим согласен. Встречу он предлагает назначить на 12 часов дня.
Сталин. Там живут поляки, они обработали поля. Мы не можем требовать от поляков, чтобы они обработали поля, а хлеб отдали немцам.
Одна половина его лица просияла.
Сталин. Это – правильное замечание.
– О, Боже! – всхлипнул Отто Хофер. – Они существуют… О, Боже! Вы видели? Он меня укусил! Меня укусил вампир! Вы все сомневались… а я всегда верил!
Впрочем, этим самым судом он стращал не только ее – грозился всем, кого подозревал в желании дезертировать, а подозревал он практически всех (даже лейтенанта Горелика), хотя, разумеется, никто из его солдат, каждый из которых был по меньшей мере комсомольцем, дезертировать не собирался, по крайней мере, все в полном составе вышли они в один туманный серенький день на поле у захудалой деревеньки Жабарино, где и наткнулись на немецкую танковую дивизию. Туман, туман во всем виноват! Иначе не зашли бы так далеко в это чертово поле, поняли что к чему и успели бы укрыться в лесу и дать бой!
Черчилль. Говоря о мероприятиях в отношении Балкан, я не имел в виду использование крупных сил для этих целей.
Черчилль. Мы считаем, что это один из первых вопросов, который нам нужно изучить, как только мы войдем в Вену. В принципе мы согласны, что желательно работать с одной австрийской администрацией.
– Да.
– Не торопитесь, закипит, – сказал Камарели.
Но все-таки она была на балу, в бальном платье, и несколько раз танцевала, и услышала шепот за спиной – голоса двух женщин:
Черчилль. Когда все это приблизительно случилось?
Черчилль. Еще одно замечание – относительно заявления генералиссимуса Сталина о том, что все немцы покинули эти районы. Имеются другие данные, которые говорят о том, что там все-таки осталось 2–2,5 миллиона немцев. Конечно, эти цифры следовало бы еще проверить.