НА ЕГО МЕСТЕ

Эттли. Нет, я не могу.
Кровь горячей струей ударила в небо, заполнила горло, потекла внутрь, туда, к источнику холода, согревая ее…
– Неужели вы всегда знали, о чем я думал? – продолжал Камарели, гневно глядя на собеседника.
Черчилль. И вы, г-н президент, будете препятствовать Сирии предоставить специальные права французам?
Сталин. Значит, в Испании все останется без перемен? А я думаю, что режим Франко укрепляется и этот режим питает полуфашистские режимы в некоторых других странах Европы. Нельзя забывать, что режим Франко навязан испанскому народу извне, а не представляет собой режима, сложившегося из внутренних условий.
Сталин. Если вам не надоело обсуждать этот вопрос, я готов выступить еще раз. Я тоже исхожу из того решения Крымской конференции, которое сейчас цитировал президент. Из точного смысла этого решения вытекает, что после того, как образовалось правительство национального единства в Польше, мы должны были получить мнение нового польского правительства по вопросу о западной границе Польши. Польское правительство свое мнение сообщило. Теперь у нас две возможности: либо утвердить мнение польского правительства о западной границе Польши, либо, если мы не согласны с польскими предложениями, мы должны заслушать польских представителей и только после этого решить вопрос.
Сталин. Чего они хотят, каковы их требования?
Рузвельт заявляет, что, по его мнению, хорошо бы штабам союзников совместно обсудить этот вопрос, так как сейчас войска союзников быстро сближаются друг с другом.
– Не смей говорить таких вещей в моем присутствии, – презрительно процедил священник.
– Не так быстро, – вмешался Комплейн. – Я все еще не понимаю, что здесь делает оценщик? Почему он не занимается своими обязанностями? У него теплое местечко. Чего ради он его бросает? Мне этого не понять. Я бы на его месте ни в жизнь с места не тронулся.
Кадоган. Да.
– В этом ты прав, – грустно улыбнулась Лизе-Лотта. – Это – всем совпадением совпадение! Джейми приехал, я могу его увидеть… Если решусь предстать перед ним такой, какой я стала!
– Граф, наверное, хочет их как-то обмануть… Я не знаю. Он мне ничего не говорит. Он вообще мало говорит с нами с тех пор, как появилась Лизе-Лотта. А мне иногда так хочется поговорить с кем-нибудь! Вы чудесный собеседник, лорд Годальминг. Я сожалею о том, что так дурно поступила с вами. Но клянусь – больше этого не повторится. По крайней мере – без вашего желания. И я постараюсь все-таки вас защитить. Надеюсь, вы не скоро нас покинете? И, может быть, вам что-то нужно? Еда, вода? Я могу все вам принести. А от кого вы прячетесь? От немцев или от нас? Если от нас – то это глупо: от нас не спрячешься… А если от немцев – то они вас здесь точно не найдут, они в подземелья не суются: боятся!
– Я совершил то, что было мне предначертано судьбою. Я уничтожил графа Карди, великого неумершего, проклятие этих мест! Я пробил его черное сердце колом, а потом отрубил ему голову. И он исчез. Рассыпался пеплом. Но если бы не она… Если бы не моя бедная Лизе-Лотта! Я бы не смог найти его убежище. Я бы не смог справиться с ним. О, если бы вы знали, как силен этот монстр! И никакого паралича, сковывающего тело вампира на рассвете, и в помине нет! Наверное, они боятся только рассветного и закатного солнца. Но в темноте они не теряют своей силы…
– Чего?!! – с искренним непониманием воззрился на нее Курт.
Конференция начала работу при закрытых дверях.
– Да, я помню, вы упомянули, что они доставляют вам лакомых жертв, которых при обычном стечении обстоятельств вам пришлось бы добывать с риском для жизни, – понимающе кивнул Джеймс.
Задача сводится к тому, чтобы примирить эти два главных элемента. Предложения, представленные Президентом 5 декабря 1944 года маршалу Сталину и премьер-министру Черчиллю, дают разумное и справедливое решение и удовлетворительно комбинируют оба эти элемента.
Трумэн. Вчера было сделано предложение продолжить сегодня дискуссию о западной границе Польши.
Вошел дворецкий:
– Упы… Упы… – пытался выговорить Януш непослушными губами.
Сталин. Русская делегация присоединяется к благодарности президенту, выраженной г-ном Эттли, за его умелое и точное председательствование.
3) что правительство Соединенных Штатов от имени трех держав проконсультируется с правительством Китая и с французским временным правительством по решениям, принятым на настоящей конференции, относительно предполагаемой всемирной организации;
А после… После у нее уже не было моральных сил начать этот разговор. Потому что обязательно пришлось бы спросить об Аароне и Эстер, о Голде и Мордехае. У Лизе-Лотты не было сил говорить о них! И, как ей казалось, у Михеля – тоже…
12. В практически кратчайший срок германская экономика должна быть децентрализована с целью уничтожения существующей чрезмерной концентрации экономической силы, представленной особенно в форме картелей, синдикатов, трестов и других монополистических соглашений.
Государственный секретарь США предложил заключить соглашение трех держав о проведении наблюдения за ходом выборов со стороны трех держав в Италии, Греции, Румынии, Болгарии и Венгрии и об обеспечении свободного доступа в эти страны представителей печати США, СССР и Великобритании и о предоставлении им возможности свободно передвигаться и свободно посылать свою информацию. Английский министр присоединился к этому предложению. Народный комиссар иностранных дел СССР заявил, что он не видит необходимости в посылке специальных наблюдателей в Румынию и Болгарию. Что же касается Греции, то точка зрения Советского правительства изложена в представленном документе. Если министры иностранных дел Великобритании и США представят письменные предложения по этому вопросу, то они могут быть обсуждены на заседании трех министров.
Трумэн. Чтобы пойти навстречу советским пожеланиям, мы предложили в отношении Румынии, Болгарии и Венгрии такую же формулировку, как и в отношении Италии.
– И в первую очередь эту кошмарную ведьму.
– Но зато свет попадает в капеллу! – возмутился Отто Хофер.
Гарри так и не понял, в чем была причина их неприязни.
Трумэн. Второй вопрос – о политике в отношении Италии. Наши предложения о политике в отношении Италии были переданы на первом заседании. Сущностью моего предложения является следующее:
Документы конференций вскрывают лживость этих утверждений. Правящие круги США и Англии подобными спекуляциями пытались и пытаются прикрыть собственный политический курс на раздробление Германии на отдельные «государства», который им не удалось осуществить из-за твердой и последовательной политики Советского Союза.
Рузвельт. Я готов находиться в Тегеране до тех пор, пока в Тегеране будет находиться маршал Сталин.
И действительно – больше дед никогда не подавал вестей о себе.
– Нас интересует, – заговорил Дингвей, – станут ли марсиане вмешиваться в нашу жизнь?
После горячей дискуссии конференция избрала делегацию, которой было поручено подробно проинформировать Камарели и попытаться договориться с Каро.
– Живи, Гарри. И постарайся получать от этого удовольствие, – сурово напутствовал его Джонни.
Весь август Камарели провел в Москве. Официальная сторона дела. то есть утверждение и принятие его изобретения рядом вышестоящих органов, потребовала многих хлопот.
Рузвельт заявляет, что оглашение этого решения в настоящее время создало бы для него политические затруднения внутри США, и предлагает удовлетвориться достигнутым на конференции соглашением о том, что американцы поддержат предложение о приглашении двух советских республик в качестве первоначальных членов организации.
Смерть приходила в образе мужчины.
– Согласен, – коротко ответил я. Она просияла. – С завтрашнего дня приступаю к необходимым приготовлениям.
Несмотря на то, что таким образом он выразил их общее мнение, остальные трое принялись исподтишка ворчать на него. Легче было срывать свое раздражение на нем, чем на священнике.
Он действительно не брился уже несколько дней! А не мылся? Больше недели! И не менял одежду. О, Боже, наверняка воняет от него, как от борова. Как же родные-то терпят? И никто ни слова не сказал. А он… Словно забыл, что живому полагается бриться, мыться и переодеваться! Так и валился спать – в чем весь день ходил.
И повторил – уже нормальным голосом:
– Нисколько! Я изучаю составленные тобой карты, – ответил я. – Доводы G-D заставляют призадуматься, однако я твердо стою на своем.
Папа шутит? В такой момент?
Нуавэ работает без передышки. Меня поражает ее энергия и энтузиазм. Вчера она показала мне заполненный на Гуане альбом фотокарт. Я тщательно просмотрел его, но не нашел ничего примечательного.
– Намного меньше, чем радиус нашей сигнализации. – Резко отняв свою руку, Геда гневно взглянула на меня.
(Сталин и Черчилль соглашаются с предложениями Трумэна).
Гул прокатился по подземелью. Гарри показалось даже, что старинные своды дрогнули над его головой. Но блондинка успела пригнуться под его пулей – с нечеловеческой быстротой и гибкостью.
Три Правительства отметили, что советские представители в Союзных Контрольных Комиссиях в Румынии, Болгарии и Венгрии сообщили их коллегам Соединенного Королевства и Соединенных Штатов предложения по улучшению работы Контрольных Комиссий теперь, когда военные действия в Европе прекратились.
– Нет, я вас не разыгрываю. Моего отца звали Артур Хольмвуд, лорд Годальминг.
– Мне давно следовало сказать тебе. И дать прочесть книгу.
Я хочу еще раз повторить и обратить ваше внимание на то, что у нас не хватает угля из-за того, что мы экспортируем его во Францию, Бельгию и Голландию. И в то время, когда у нас не хватает угля для этой зимы, мы не понимаем, почему поляки имеют возможность продавать уголь с территории, которая еще не принадлежит им.
25-III
Камарели впервые с открытым сердцем протянул Вайсману руку.
Черчилль. Я ничего об этом не слыхал до сих пор.
P. S. Дневник датирован по марсианскому летосчислению. Но с момента моего переселения, на Землю я изменил летосчисление на земное. В некоторых случаях, когда это требовалось, марсианское и земное летосчисление приведены в соответствие. К. R.
В этих картинках нет движения и эмоций – они только символы… Как будто награда, которая будет ждать, если доживешь до конца войны.
Первый заключается в том, что для сохранения всеобщего мира, о котором он, Стеттиниус, упоминал, необходимо единогласие среди постоянных членов.
(Предложение Черчилля принимается).
Курт не потерял ни память, ни разум. Лизе-Лотте даже казалось, что он по-прежнему ее любит. Но перенесенные в момент второй инициации муки оставили на его лице неизгладимую печать… Казалось, он стал старше, хотя обычно, становясь вампирами, люди выглядят моложе, чем были при жизни! Однако красота его ничуть не пострадала. Даже напротив – в нем появился какой-то свет, какая-то утонченность, которых не было при жизни.
Только вот в том, что вампира можно поймать «на живца» и заманить в ловушку, как лисицу в капкан – в этом господа-ученые просчитались. Хотя… Рита, с ее беспечностью, бурным темпераментом и неутолимым голодом – она вполне могла бы попасться.
Что ждет эту женщину?
А Джонни продолжал:
Камарели отер рукой вспотевший лоб. Что за дьявольщина? Куда скрыться от этого человека? И как?
Бирнс. Министры иностранных дел согласились рекомендовать главам правительств обсудить польский вопрос с двух сторон: о ликвидации эмигрантского польского правительства в Лондоне и о выполнении решений Крымской конференции о Польше в части проведения свободных и беспрепятственных выборов в Польше.
Акцент в его речи был еще сильнее, чем у того, кто зажимал ей рот, – так что Гели с трудом разбирала отдельные слова. Но общий смысл ей был ясен. Этот молодой человек берет ее под свою защиту – отныне и навеки. Он готов отдать жизнь за нее! Потому что он… Он… Он любит ее – ну, как же иначе?
Сталин. Согласен.
Лишилось почвы и другое традиционное направление – индуктивистский сциентизм. Индуктивизм в чистом виде вообще не имеет смысла, и претензии на исключение неиндуктивных гипотез из научного мышления выражали в лучшем случае лишь естественную реакцию против априоризма, законную в узких рамках отдельных областей и периодов развития науки. Наука, эксперимент не могут постичь Метагалактику без высокого взлета обобщающей мысли, не только следующей за экспериментом, но и опережающей его.
– Синьорина Бочелли, с этой женщиной, Лизе-Лоттой, был мальчик?
В эту минуту он вел группу, залитый потом и соком водорослей.
Штюрмер приехал через день. Настоял на том, чтобы Иоганн позволил ему поговорить с Магдой наедине. Иоганн допустил это с величайшей неохотой и только тогда, когда Штюрмер пригрозил ему судебным преследованием за шантаж. Иоганн прекрасно понимал, что на самом деле для него, крестьянина Хоха, обращение в полицию ничего хорошего не принесет: богатый Штюрмер всегда сумеет противостоять всем обвинениям, а то и его же, Иоганна, засадить за решетку! Иоганн делал ставку на нечистую совесть Штюрмера, действительно соблазнившего Магду… Хотя и не ответственного за ее беременность. Но случилось то, чего Иоганн Хох боялся больше всего: во время разговора со Штюрмером, смягчившись от ласкового обращения и далеко не показного сочувствия, Магда принялась рыдать и, рыдая, рассказала Штюрмеру всю правду. Включая и то, что городская акушерка становила срок беременности – восемь недель. Так что Штюрмер отцом ребенка никак быть не мог. Будь на его месте более жестокий человек – или менее дальновидный – и это могло бы обернуться против самой Магды. А так – пострадал только Иоганн Хох. Штюрмер даже не дал ему увидеться с Магдой. Просто объяснил, что девочка во всем созналась, и теперь Хоху лучше уносить ноги… А о «бедной малышке» позаботится он, Пауль Штюрмер.
– Сперва факты. Слушай внимательно, отнесись к этому делу очень серьезно, так как проявление воинствующей глупости может вызвать мой гнев, а это плохо для нас всех кончится.
Но каждый из претендентов на обобщающее название века все же кажется недостаточным. И не потому, что наряду с атомной энергетикой выросли кибернетика, молекулярная биология, космические исследования. Перечисленных названий недостаточно потому, что между всеми отмеченными в них тенденциями существует глубокая связь и по исходным теоретическим позициям и экспериментальным данным, и по стилю научного мышления, и по экономическому и культурному эффекту. Забегая вперед, ограничимся кратким замечанием об общем эффекте науки XX века, характерном для всех отраслей производства, для культуры и стиля мышления. Этот эффект – несравнимый с прошлым динамизм развития различных областей общественной жизни, непосредственно зависящий от характера современной науки.
– Вот он, граф Раду Карди, которого невежественный автор этой книги называл графом Дракулой, – с благоговением произнес Отто Хофер.
– В зонах действующих меридианов ее кора все время будет так гудеть.
1. Западная граница Польши – возобновление дискуссии.
Рузвельт заявляет, что в вопросе польских границ у делегации США не имеется возражений против первого пункта советских предложений. Делегация США согласна также с предоставлением Польше компенсации за счет Германии, а именно Восточной Пруссии к югу от Кенигсберга и Верхней Силезии вплоть до Одера. Однако Рузвельту кажется, что перенесение польской границы на Западную Нейсе мало оправдано.
Через десять минут доктор Гисслер уже входил в комнату внучки со своим черным медицинским саквояжем, а Магда – разрумянившаяся ото сна, с распущенными по плечам золотистыми волосами – позевывая, плелась по лестнице, подгоняемая Куртом, и про себя ругала Лизе-Лотту самыми гадкими словами, какие только знала. Надо же, тихоня умудрилась заболеть! Как не вовремя! Да еще ночью из-за нее вставай… Магда и Вальтер прошли мимо графа, слившегося с тенью в одной из стенных ниш. Граф услышал ее мысли. И еще раз подумал о том, что из Магды получилась бы великолепная вампирша. Она уже и сейчас-то не совсем человек… Осталось только сделать ее бессмертной. Ее и юного Курта. Они здесь лучше всех подходят для «эксперимента».
Однако мы не ищем территориальных приобретений. Мы не хотим извлекать выгоды из этой войны, хотя мы и понесли большие потери. Конечно, что касается человеческих жертв, то они не являются такими большими, как те жертвы, которые понес Советский Союз и его храбрые войска. Однако из этой войны мы вышли большими должниками США. Мы никогда не сможем иметь ту же силу на море, как США. Во время войны мы построили только один линкор, а потеряли десять. Однако, несмотря на все эти потери, мы не имеем никаких территориальных претензий. Поэтому мы без всяких задних мыслей подходим к вопросу о подопечных территориях.
Время даст ответ.
Когда Гарри насмеялся вдосталь, Джеймс пододвинул в его сторону план подземелья и осветил его фонарем.
– Пойдемте ко мне, – нарушил молчание Каро, – вы, кажется, впадаете в меланхолию.
(Затем советская делегация вносит следующие предложения по польскому вопросу:
Собрание постановляет направить к папе делегацию.
На встрече в Ялте вопрос о процедуре голосования был решен. Было достигнуто соглашение о «принципе вето»– единогласие великих держав при решении в Совете Безопасности вопросов, касающихся принятия принудительных мер. Принцип этот действует и сейчас и полностью оправдал себя.
– Для полета на дальние расстояния машина непременно должна иметь «глазок». Путешествие в закрытой машине чревато тысячью опасностей. На пути следования как бы расставлены «силки» – блуждающие в пространстве тела. Столкновение с ними сулит ощущения не из приятных.
Трумэн. Я вполне согласен с этим, но все-таки должно быть дано некоторое определение понятия «Германия».
Бирнс. Также согласились, что текст этого решения будет опубликован позже.