ОН БЫЛ

У него было нормальное лицо! Нет, не нормальное – привычное. Отрешенное, застывшее, с пустыми глазами, на дне которых только туман… туман… Димка заговорил по-польски и на сей раз сразу угадал.
Сталин. Нет, это хороший каменный уголь. Бурый уголь хорошо используется в брикетах, а у немцев есть хорошие брикетные фабрики. Всякие возможности имеются у них.
– А ты… Ты ответственен за меня?
Сталин. Это не внутреннее дело, режим Франко представляет международную опасность.
По предложению делегации США обсуждение вопроса было отложено.
– Он ударил меня. Не захотел слушать. И назвал дурочкой. Я испортила костюм. Магда убьет меня. И я не попаду на бал, – отчеканила Гели, с ненавистью глядя в участливое лицо Лизе-Лотты.
Черчилль. Мне кажется, что мы не расходимся во взглядах настолько, насколько это может показаться. Я готов сделать все, что в силах британского правительства, для того, чтобы осуществить операцию «Оверлорд» в возможно ближайший срок. Но я не думаю, что те многие возможности, которые имеются в Средиземном море, должны быть немилосердно отвергнуты, как не имеющие значения, из-за того, что использование их задержит осуществление операции «Оверлорд» на 2–3 месяца.
Сталин. Я этого не знаю. Давайте проверим это дело, пригласим их сюда, и пусть они скажут свое мнение.
Однако, как странно! Что это за научный эксперимент со старыми гробами и, должно быть, основательно истлевшими телами? Зачем надо было ехать в такую тьмутаракань и разрушать столь добротно замурованный склеп, когда подобных склепов и гробов в самой Германии сколько угодно?!
а) На 500 миллионов долларов акции промышленных и транспортных предприятий в западных зонах;
И потом часто думал: а нужно ли отрубать вампирам голову и набивать рот чесноком, если осиновый кол оказывает на них столь разрушительное действие? Или, возможно, так происходит только со старыми вампирами, а мисс Люси Вестенра обратилась не так давно…
дескать надувные бассейны Ее чувства сплетались с его чувствами.
– Даже я не понимаю всего, но вроде бы достаточно ясно, что произошла какая-то авария, пожар или что-то похожее, и с тех пор Главный Коридор остался замкнутым.
И Курт приказал своей жертве то, что никогда не пришло бы в голову более старому и опытному вампиру:
– Здесь нет ничего странного, – возразил Камарели. – Свободно падая в пространство, лишенная веса жидкость принимает сферическую форму. Но, натолкнувшись на какое-нибудь твердое тело, она тут же растекается.
– Должно быть вы, Джеймс, побывали в разных переделках и опыта такого специфического набрались… Вот я и воевал, и всякое другое, а о том, что костерок разжечь надо, чтобы на душе стало спокойнее – и не догадывался!
В чем отличие философии от того, что иногда называют меганаукой или «большой наукой» (имеются в виду наиболее фундаментальные научные исследования)? И в чем связь между ними, в частности каково воздействие меганауки на развитие философии?
Трумэн. Если в Италии имеются предметы для репараций, я совершенно согласен передать их Советскому Союзу. Но мы не готовы и не согласны предоставить Италии деньги для того, чтобы она из этих денег платила репарации союзным и другим странам.
Гарри кисло улыбнулся, вставая с кресла. Его забавляла эта привычка Бабетты называть хозяев по-старинному «маса» – искаженное «мистер». Забавляло… Но не очень. Не хотелось двигаться. Не хотелось идти. Но Гарри еще не настолько оскотинился, чтобы проигнорировать отцовский приказ.
4) Немецкие суда берегового плавания и суда, плавающие внутри страны, которые будут определены Союзным Контрольным Советом в Германии, как необходимые для поддержания основ мирной экономики Германии, не будут включены в общую массу судов, разделяемых таким образом между тремя Державами.
Черчилль. Я вчера был глубоко тронут словами генералиссимуса, когда он говорил о нежелательности заниматься настоящими и будущими проблемами, основываясь на чувстве мести. Я считаю поэтому, что мои сегодняшние мысли должны встретить его сочувствие, потому что было бы несправедливым, если бы такое громадное число немцев было направлено к нам, а поляки имели бы все преимущества.
– Но опасения оказались беспочвенными, – заметил Камарели, – комета, как известно, прошла своим путем, а мы остались целы и невредимы.
Бевин. Но почему следует взять это обязательство прежде, чем мы узнаем о положении в этих странах?
Чудом… А почему, собственно, чудом?! Разве не предназначены они друг другу самой судьбой?! И пусть в него влюбятся хоть все наследницы Гогенцоллернов и Круппов – женится-то он на ней, на Гели!
– Значит они видели меня?! – ужаснулся Димка.
Может быть, если бы Димка помнил еще что-то из курса географии средней школы, если бы мог сосредоточиться и подумать, он понял бы, куда его привезли – не так уж много в Европе гор, но он не мог – не помнить, ни думать. Может быть, это инстинкт самосохранения заставил его вычеркнуть из памяти большую часть своей старой довоенной жизни, почти все воспоминания, которые могли бы отвлекать от проблем насущных, напоминать о том, что с точки зрения той прошлой жизни, нынешняя слишком ужасна, чтобы можно было ее пережить. Только картинки остались в голове. Безжизненные, холодные, очень красивые картинки – мама на кухне, готовит обед и солнце бьет прямо в окно, Лилька безжалостно ломает новые димкины карандаши, пытаясь писать на дощатом полу, и солнце играет бликами на обоях, на потолке, на большом календаре за 1941 год, с изображением Красной площади с мавзолея, дворцов и соборов, с огромными золотыми звездами…
Черчилль также выражает свое согласие.
Свет постепенно убывал. Хотя солнце и сияло в безоблачном пространстве, однако в тени космической ночи все четче проступали звезды. Нос раунита врезался в черное покрывало мглы. Корма же корабля была резко освещена отраженным Землей светом, так что корпус раунита казался поделенным на две половины – светлую и темную.
Затем советская делегация передает президенту США и премьер-министру Англии меморандум относительно помех, которые чинятся в Австрии и Германии в отношении возвращения советских граждан на родину, а также меморандум относительно имеющихся в Норвегии неразоруженных германских войск, о чем уже упоминалось на заседании глав правительств).
– Ощупываете несуществующие укусы? – со смехом спросил Гарри.
Когда он услышал шум открываемой двери, то перестал дышать.
– Ты дрожишь. Ты смущена. Глупенькая. Моя прелестная, целомудренная девочка… Скажи, ты ведь любишь меня? – прошептал Курт.
– Солнце уже встало, – мрачно ответил другой эсэсовец, подошел к Димке и толкнул его в плечо.
Тихонько сняв тяжелые, грубые ботинки, Димка на цыпочках побежал вперед – в неизвестность. Но там пока еще было тихо, там быстро сгущалась ночная темнота, торжественная, нетронутая…
– Намного меньше, чем радиус нашей сигнализации. – Резко отняв свою руку, Геда гневно взглянула на меня.
И только ближайшее к трагедии время, семь месяцев службы на “Георге” все еще покрывала какая-то дымка…
– Комета не исчезала. Она продолжает двигаться по своей обычной орбите и, по вычислениям гениального Литтрова, пересечет орбиту Земли 25 ноября 1933 года.
Рузвельт говорит, что, как он думает, пример Польши будет примером осуществления на практике принципов декларации об освобожденной Европе. Фраза, которую зачитал маршал Сталин, имеет важное значение, ибо она дает нам возможность уничтожить всякие следы фашизма. В следующем абзаце этой декларации сказано, что народы смогут учредить временные правительственные власти, представляющие все демократические слои населения, а затем создать постоянные с помощью свободных и справедливых выборов. Рузвельту хотелось бы, чтобы польские выборы, подобно жене Цезаря, были выше подозрений.
– Моей помощи? – удивился я.
Во-вторых, Магда узнала, что отцу она не родная. Что мать прижила ее от богатого любовника – помещика фон Литке. Иоганн не преминул рассказать Магде всю историю грехопадения Труди, причем с самыми грязными подробностями, им же самим придуманными. А Магда вспоминала Луизу фон Литке – хрупкую белокурую девочку, надменную и нарядную, которая ей, Магде, всегда казалась настоящей принцессой, далекой, недосягаемой… А оказалась – ее родной сестрой!
Во всем мире курсируют самолеты, пароходы, мчатся экспрессы, автомобили, работают фабрики, заводы, гудят тракторы на полях… Не нужно никакого топлива… Самолет, если это понадобится, может годами находиться в воздухе… Преобразится вся жизнь человечества…
Черчилль. Мне кажется, что нам следовало бы теперь перейти к простым вопросам порядка дня и составить некоторую программу нашей работы, чтобы посмотреть, сможем ли мы сами выполнить этот порядок дня, или же часть вопросов следует передать министрам иностранных дел. Мне кажется, нам не нужно устанавливать весь порядок дня сразу, мы можем ограничиваться порядком работы на каждый день. Мы, например, хотели бы добавить польский вопрос.
Курт прибыл с двумя дядюшками: Августом Хофером, недавно произведенным в генералы, и Отто Хофером, известным ученым-этнографом. Курту недавно исполнилось девятнадцать – он был на четыре года моложе Магды. Он был солдатом СС – рядовым солдатом, несмотря на свое высокое происхождение! – и уже успел повоевать. Но все это Магда узнала позже. А в тот миг, когда она увидела Курта… Это было – как вспышка. Ей показалось – перед ней архангел Гавриил! – таким его рисовали на иллюстрациях в Детской Библии, которая была у Магды в начальной школе. Правда, Курт был еще красивее. Лицо архангела и великолепное тело языческого божества. Прежде Магде не случалось встречать людей более красивых, чем она сама. Но Курт был – совершенство! А главное – от него исходил какой-то животный магнетизм… Горячий ток, от которого кровь Магды в мгновение вскипела и она ощутила вдруг желание, невероятное по силе, какого прежде и представить-то себе не могла!
В ходе войны, и особенно на ее завершающем этапе, западные державы стремились помешать демократическому развитию освобожденных от гитлеровских оккупантов европейских стран, свободному избранию народами пути дальнейшего социально-экономического развития. С этой целью союзники старались продвинуть «как можно дальше на Восток».[39 - Churсhill W. S. The Second World War. Vol. VI. Р. 400.] фронт западных армий, исходя из того, что «коммунизм явится той опасностью, с которой цивилизации (т. е. капитализму. – Авт.) придется бороться после разгрома нацизма и фашизма»[40 - Ibid. P. 266.]
– А притяжение Земли не влияет сейчас на раунит? – спросил Макдональд.
Я должен вам сказать, что политические настроения в Америке таковы, что я не могу поддерживать здесь любые предложения без того, чтобы не получить поддержки со стороны нашего общественного мнения. Я делаю это заявление не для того, чтобы изменить основу, на которой происходит обсуждение вопросов с моими коллегами, а для того, чтобы разъяснить, каковы мои возможности в отношении конституционной власти. Я хочу сказать, что при заключении мирных договоров я должен учитывать тот факт, что они должны получить одобрение сената США.
– Пригласим папу!
Сталин спрашивает, принимал ли бы этот комитет решения, обязательные для других стран? Если бы какая-либо страна отказалась выполнить принятое этим комитетом решение, что было бы тогда?
Одна из самых важных задач, стоящих перед нами, это определение нашего отношения к Италии. Ввиду того, что Италия недавно объявила войну Японии, я надеюсь, что конференция сочтет возможным согласиться оказать Италии поддержку по вопросу вступления ее в Организацию Объединенных Наций. Министры иностранных дел могли бы выработать подходящее заявление по этому поводу от имени правительств Объединенных Наций.
Союзные армии осуществляют оккупацию всей Германии, и германский народ начал искупать ужасные преступления, совершенные под руководством тех, которым во время их успехов он открыто выражал свое одобрение и слепо повиновался.
Бевин. Мы хотели бы опубликовать коммюнике в печати в пятницу утром.
Я обращаюсь к конференции с просьбой продолжить свои попытки добиться соглашения по этому вопросу, если не сегодня, то в другой день, потому что, если министры иностранных дел встретятся в сентябре и будет дискуссия с поляками, скажем, в течение двух недель, причем советская сторона будет придерживаться одного взгляда, а США и Великобритания – другого, этот вопрос опять может оказаться неразрешенным или мы добьемся его разрешения слишком поздно. Каково же будет положение того же Берлина? Берлин получает часть своего угля из Силезии.
– Располагайтесь поудобнее. Вися в воздухе, мы можем отдыхать так же спокойно, как в мягкой постели. Здесь не существует «верха» и «низа», ибо отсутствует центр тяжести, который определяет направление.
Камарели отер рукой вспотевший лоб. Что за дьявольщина? Куда скрыться от этого человека? И как?
Что нового внесла неклассическая наука XX века в проблему границ философии и ее отношения к науке? Мы уже не раз говорили о некоем «всё» как о предмете философского и научного познания. Все, или Вселенная как целое, имеет в современной науке определенный и притом совершенно специфический смысл. Это совсем не логическая конструкция, фигурировавшая в философии уже много веков, не нечто выходящее за пределы познания. В неклассической науке это Метагалактика, определенная как известная нам часть Вселенной, т. е. нечто, зависящее от уровня наблюдений, как реальность, обладающая радиусом, конечным или бесконечным, растущим или стабильным, а быть может, пульсирующая. Причем эти определения зависят от эксперимента и расчета, от наблюдаемых астрофизических констант и астрофизических явлений. В ряде современных физических и астрофизических гипотез структура Метагалактики объясняет и свойства частиц.
Трумэн. В нашей зоне около 375 тысяч населения. Наши корабли занимаются сейчас перевозкой грузов для военных действий против Японии, доставкой продовольствия в Европу и некоторых материалов в СССР. У нас ощущается недостаток в транспортных средствах, так что нам было бы затруднительно снабжать даже население нашей зоны.
– А что такое Обра?
Это была старая забытая песня, он оборвал ее, плотно закрыв дверь. Его снова поджидал Маррапер. Грязное лицо его было спокойно и спрятано в ладонях, на пальцах поблескивали перстни.
Бирнс. По нашим сведениям, германского золота не существует, так как все это золото награблено немцами во время войны. Мы должны вернуть это золото странам, которым оно раньше принадлежало. Если советская делегация настаивает на том, что Советский Союз должен получить дополнительно к этим процентам 500 миллионов долларов акций промышленных предприятий, как это изложено в советских предложениях, 30 процентов заграничных инвестиций Германии и 30 процентов золота, то этот вопрос надо здесь обсудить.
Сталин. Советская делегация снимает свою оговорку по пункту 1 проекта. Что касается всего остального, то советская делегация согласна и принимает проект.
Черчилль отмечает, что завтра будут получены сведения, выехал он или нет. Во всяком случае, Шубашич выедет, как только позволит погода.
Как он может разговаривать с этим монстром?
Ответом на его слова был еще более отчаянный стон. И какое-то тихое рычание…
– Все это интересно, – заметил управляющий, – однако не могу взять в толк, какая необходимость летать в машине с окнами? Не разумнее ли совершенно закрыть ее герметически.
Черчилль говорит, что он этого не знает. Ему, Черчиллю, трудно идти дальше сделанного заявления о том, что британское правительство готово согласиться с принципом расчленения Германии и учреждением комиссии для разработки плана расчленения.
Стало так тихо, будто разом опустел весь зал. Только назойливо жужжала и билась об оконное стекло большая муха.
Сталин замечает, что все нефашистские и антифашистские стороны будут иметь равные возможности.
А мамы уже нет. И очень жаль, что она ушла так рано, не дождалась, пока ее сын встанет на ноги… Вот она-то заслуживала бы и пенсии и уважения и всего-всего, что получает и будет получать теперь отец… Она бы оценила, она была бы рада, не за себя рада – за него, за маленького замухрышку Вилли, который не смотря ни на что, все-таки выкарабкался.
Кстати, именно Луиза нашла его. Он рыл землю и плакал. И говорил, что должен лечь рядом с Натом, что там его место – в земле, с могильными червями.
– В зонах действующих меридианов ее кора все время будет так гудеть.
Она забыла обо всем – об унижениях, о боли, о страхе, бесконечно терзавшем ее душу, она забыла о Михеле, забыла об утрате тех, кого она так любила, забыла даже о своих остриженных и не желавших отрастать волосах… Только одно имело значение сейчас: их близость. Его объятия. Его поцелуи, обжигавшие ее, как лед.
Сталин. Возможно.
Черчилль. Теперь я хотел бы снова вернуться к польскому вопросу, который мне кажется более срочным, ибо поляки могут наделать много шуму. Я хотел бы зачитать следующее свое предложение по польскому вопросу. При этом я не прошу соглашаться с ним в том виде, как оно мною составлено, так как я сам еще не принял окончательного решения.
На высокой мачте над Загэсом взвилось алое знамя, зазвучала мелодия «Интернационала». С первыми же звуками музыки в синеву неба черным орлом взвился самолет, за ним второй, третий – и через несколько минут к Тбилиси журавлиной стаей устремились семь металлических птиц. Не слышно было привычного шума моторов, самолеты парили неудержимо и бесшумно. Через несколько минут по серому асфальту шоссе пронеслись красные автомобили. Крики восхищения, удивления, восторга многотысячной толпы, звуки музыки, мощный пушечный залп содрогали воздух.
Врач ушел.
«Заключение мирных договоров с ответственными демократическими правительствами в этих государствах позволит трем правительствам возобновить нормальные дипломатические отношения с ними и поддержать предложение с их стороны стать членами Организации Объединенных Наций».
Черный, испещренный желтыми и белыми полосами глобус медленно вращался перед глазами Камарели, но и он ничего не мог понять.
Сталин. Причем здесь Европа? Я не знаю, нужно ли создавать 4, 5 или 6 самостоятельных германских государств. Этот вопрос нужно обсудить.
Гели помотала головой, чтобы избавиться от чьих-то-там-еще рук, зажимавших ей рот.
Трумэн. Насколько я понимаю, положение таково. Я сделал конкретное предложение относительно Италии. Условия перемирия подписаны всеми тремя нашими государствами.
(Затем советская делегация передала делегациям США и Англии предложения относительно Кёнигсбергской области).
2. Далее американская делегация затронула вопрос о перемещении германского населения из Чехословакии.
5 дивизий.
Одна.