СТАЛИН ГОВОРИТ, ЧТО ОН

…Или лучше вызвать ее в сад?
– Не знаю, слух или зрение обманывают меня? – только и сумел произнести изумленный Камарели.
Сталин говорит, что он удовлетворен этим решением.
Рузвельт заявляет, что он согласен с текстом заявления о Польше, оглашенным Иденом.
Трумэн. Хорошо.
– Но почему я… – раздраженно начал Комплейн, но тут же замолчал, насторожившись от внезапного стука в коридоре.
Брук говорит, что англо-американцы также рассматривают операции в Средиземном море как операции второстепенного значения. Но поскольку в районе Средиземного моря имеются крупные войска, эти операции могут и должны быть проведены для того, чтобы помочь основной операции. Эти операции тесно связаны со всем ведением войны и, в частности, с успехом операции в Северной Франции.
Камарели несколько удивил непривычный, покровительственный тон Вайсмана.
4. Соотношение сил на направлении главного удара:
– Фрау Лизе-Лотта! Миленькая! Как же я рада вас видеть! – всхлипнула Гели, протягивая руки к Лизе-Лотте.
– Может быть мне сбежать? – прошептал он, – Просто сбежать?!
Во время болезни волосы Лизе-Лотты истончились и стали ломаться. Врач объяснил, что это – последствие пережитых потрясений. Оказывается, от потрясений можно даже облысеть. Или потерять все зубы.
Сталин. До того, как британские войска заняли район Цвиккау, немцы брали уголь для Берлина оттуда. После отхода союзных войск из Саксонии на запад Берлин брал уголь из Торгау.
– Еще есть время, – постарался я успокоить Геду.
Шестой муж – раввин – считал жизнь с Эстер испытанием, ниспосланным свыше, а потому жили они долго и счастливо…
– Не знаю, в чем тут дело, монах, но когда этот парень заслышал возню, то побежал за приятелями, – сказал Меллер, вытирая пот со лба. – Мне показалось, что лучше успокоить его до того, как он накличет гостей.
– Вольфганг… – Вильфред устало улыбнулся, смахнул со лба капельки пота, – Я увидел – охраны нет. Подумал, не случилось ли чего… Где дети?…
Солдаты пытались прицелиться – но им казалось, что гроб словно бы тает в полуденном мареве, картина перед глазами оплывает и дрожит… И прицелиться никак не удавалось.
А значит, Магда могла урвать немного наслаждения, не отрываясь, так сказать, от рабочего процесса…
Я предлагаю в принципе, чтобы мирный договор был подготовлен пятью главными державами, но что касается Европы, то европейские проблемы должны быть обсуждены только четырьмя державами, которые непосредственно заинтересованы в этих проблемах. Тем самым мы не будем нарушать работу Европейской консультативной комиссии и периодических совещаний министров. Обе эти организации могут продолжать свою работу одновременно.
В половине десятого он вошел в лабораторию. Раздвинул занавес, открыл ящичек в углу экрана, повернул ручку аппарата. Раздался звонок, и после нескольких томительных минут ожидания, когда сердце Камарели то начинало гулко биться, то совершенно замирало, прозвучал ответ. В тот же миг на экране возникло изображение.
Но его перебил тихий, скучающий голос лорда Годальминга.
– Эльза! Все это не надолго! Месяц, два… Так нам сказали. Будем охранять что-то секретное в Румынии. Я приеду к тебе сразу же, как только все кончится. Хорошо? Ты жди… правда жди, и ничего не бойся!
Бирнс. Я думаю, что можно было бы предложить такую редакцию: если во время мирной конференции будет согласие между Польшей и Советским Союзом в отношении границы, то это будет конец всему делу и не потребуется никаких экспертов. Но если во время мирной конференции между Польшей и Россией будут разногласия, то придется назначить комиссию экспертов, состав которой будет определен Советом министров иностранных дел или самой мирной конференцией. Но это только в случае разногласий между Польшей и Советским Союзом.
Трумэн. Это правильно. Я обладаю широкими полномочиями, но я не хочу ими злоупотреблять.
Вайсман молчал. Поднялся, медленно прошелся по комнате. Пальцы его сцепленных за спиной рук нервно сжимались и разжимались.
Камарели, слегка побледнев, с безграничным удивлением слушает гостя. Ему кажется, что иностранец невидимым скальпелем вскрывает каждый атом его мозга и с поразительной четкостью освещает таящиеся в подсознании идеи.
В журнале «Electricity» я читал о Вашем труде. Так как я тоже работаю в этой области и интересуюсь затронутой Вами проблемой, прошу Вас ознакомиться с моими наблюдениями и теми скромными выводами, к которым я пришел.
После непродолжительной паузы иностранец продолжает:
Сталин. Хорошо.
Вайсман взглянул на часы:
– Я готов, как всегда.
Вместе с шелестом едва распустившейся изумрудной листвы в комнату из небольшого дворика врывается солнечное тбилисское утро.
– Я хочу, чтобы ты принадлежала мне, – тихо и торжественно сказал Курт, и сердце Гели застучало в предвкушении чего-то желанного и страшного. – Я хочу, чтобы ты принадлежала мне вся… Твое тело, твоя кровь, твоя душа… Вся ты. Я хочу взять тебя. Сейчас. Здесь. Но я хочу, чтобы ты отдалась мне по доброй воле. Я не стану принуждать тебя ни к чему и отпущу… Только скажи “нет”. И ты больше никогда меня не увидишь.
И все же это – чистая правда.
В эту минуту он вел группу, залитый потом и соком водорослей.
Камарели, спохватившись, взглянул на часы: было без десяти десять.
Священник издал звук, напоминающий куриное кудахтанье, и двинулся в его сторону, но Роффери отпихнул его и оказался напротив Комплейна, положив руку на рукоять парализатора. Усы его подергивались в опасной близости от лица Комплейна.
У него пока есть блондинка и брюнетка… Может быть, третьей сделать тоже блондинку?
Кто?
– Я случайно услышал вашу беседу, – смущенно сказал он, – и не могу понять, о какой колеснице вы говорили.
Синие лица, закатившиеся глаза, почерневшие и ссохшиеся губы приоткрыты в гримасе боли или в улыбке, теперь уже не понять… У троих шеи разорваны так, что кости и связки торчат наружу… белые, словно обсосанные кости и связки…
II) Во всей Германии должны разрешаться и поощряться все демократические политические партии с предоставлением им права созыва собраний и публичного обсуждения.
В области науки необратимыми являются изменения, которые вызываются не теми или иными естественнонаучными открытиями, а всем интегральным прогрессом науки, основывающимся в конечном счете на прогрессе общества в целом, на развитии производительных сил. Развитие философии связано с обобщением как естественнонаучных идей, так и выводов социальных наук, причем не в качестве суммирования параллельных направлений анализа, а путем отражения того, что происходит и будет происходить и в природе, и в обществе.
– Он потом все расскажет, Тань… Может быть. Ты не трогай его сейчас, ладно?
Черчилль. Я согласен с этим, но президент против вызова сюда Тито.
Черчилль. Но как можно решать там вопрос о границе, когда этот вопрос должен быть решен на мирной конференции?
Раунит набирал скорость. Отяжелевшие, словно налитые свинцом, тела путешественников с необычайной силой придавило к полу.
Следующая проблема, о которой я хочу говорить, носит скорее политический, нежели военный характер, так как военные силы, которые мы намерены выделить для ее разрешения, незначительны. Речь идет о Балканах. На Балканах имеется 21 германская дивизия и, помимо этого, гарнизонные войска. Из этого количества, то есть из 21 дивизии, 54 тысячи германских войск сконцентрировано на Эгейских островах. Кроме того, на Балканах имеется также не менее 12 болгарских дивизий. Всего на Балканах насчитывается 42 дивизии противника Если бы Турция вступила в войну, то болгары вынуждены были бы отвести свои войска на фронт во Фракии против Турции. Это приведет к тому, что опасность, угрожающая германским дивизиям, находящимся на Балканах, усилится. Я привел эти цифры для того, чтобы показать громадное значение этого фактора на Балканах, куда мы не предполагаем посылать наши регулярные дивизии и где мы предполагаем ограничиться лишь рейдами комбинированных отрядов. Мы не имеем ни интересов на Балканах, ни честолюбивых устремлений. Все, что мы хотим сделать, это сковать 21 германскую дивизию на Балканах и, по мере возможности, уничтожить их. Поэтому я предлагаю, чтобы сегодня состоялась встреча двух министров иностранных дел и представителя, назначенного президентом, для обсуждения политической стороны этого вопроса. Мы стремимся дружно работать с нашими русскими союзниками. Если будут трудности, то их можно будет выяснить в узком кругу. Военные вопросы можно будет обсудить позже.
– И к тебе, и ко мне… Ты – тот младенец-мститель, пришествие которого предсказал монах Карло!
Сталин говорит, что он удовлетворен этим решением.
Черчилль. Как раз в этом пункте мы не достигли соглашения.
Сталин. У русской делегации пока нет больше вопросов на повестку дня.
Но, к сожалению, Мойше тоже заявил, что ничего особенного не заметил. Правда, в первый день своей болезни, ближе к вечеру, мама позвала его и отдала ему очень красивый, старинный, усыпанный рубинами серебряный крест на толстой цепи. И велела носить, не снимая. Это было необычным поступком, ведь Мойше воспитывали в традициях иудаизма и Лизе-Лотта никогда даже не заговаривала о крещении… А теперь вот послушный Мойше носил крест.
Это соглашение было достигнуто президентом Рузвельтом, генералиссимусом Сталиным и премьер-министром Черчиллем. Я согласен с этим решением. И я хорошо понимаю те затруднения, о которых генералиссимус Сталин говорил вчера. Я также хорошо понимаю затруднения в отношении снабжения продовольствием и топливом, о которых говорил вчера премьер-министр Черчилль. Но я думаю, что эти затруднения нисколько не меняют сути дела.
– Не стой же, Джейми! Бей! Бей во славу Господа! – крикнула Лизе-Лотта.
Сталин. Другого выхода не было. Это не значит, конечно, что я сам определяю границы. Если вы не согласитесь с той линией, которую предлагает польское правительство, вопрос останется открытым. Вот и все.
На месте Аарона в лаборатории работала очень красивая рыжеволосая молодая немка – Магда фон Далау. Особа во всех отношениях выдающаяся: Лизе-Лотта видела ее ослепительную красоту, дедушка хвалил ее необыкновенные способности, а кроме того, Магда, по происхождению – крестьянка, исхитрилась выйти замуж за графа Хельмута фон Далау! Магда была так богато одарена природой – причем в разных областях – что какое-то время Лизе-Лотте виделось даже некоторое сходство между Магдой и столь же одаренной Эстер. Но потом Лизе-Лотта осознала свою ошибку. Насколько Эстер была доброй и щедрой – настолько же Магда была озлоблена и чисто по-крестьянски завистлива. Насколько сильно Эстер любила Лизе-Лотту – настолько же сильно Магда ее ненавидела!
И еще она подумала: жаль, что она не прочла ему вторую часть «Фауста»… Жаль, что он не знает: Фауст продал душу дьяволу во имя спасения человечества. И был прощен Господом, и был принят в раю.
Сталин. Вот такого же посла следовало бы направить в Румынию, такого не совсем посла. (Общий смех).
И что она может сделать, чтобы защитить его? Сорвать эксперимент? Но как? Теперь уже от нее ничего не зависит. Сама же, дура, приложила столько усилий, чтобы добиться разрешения на экспедицию! Если Хаусхоффер и Гиммлер подписали приказ – назад дороги нет. Отказаться – пойти под трибунал… Но как ей удержать Курта? Как спасти?
Стеттиниус добавляет, что на совещании трех министров было признано желательным обсудить вопрос об опеке на конференции Объединенных Наций.
Он взял книгу в руки. И почувствовал ту, которая держала эту книгу до него. Она оставила на страницах влажные следы своих пальцев. Невидимые для всех – но ярко-осязаемые для вампира следы. Держа книгу в руках, граф почувствовал эту женщину. Вспомнил, что видел ее мельком, но не заинтересовался… Она показалась ему слишком невзрачной. Но сейчас он ощущал ее всю, как если бы она сидела рядом – нет, как если бы она лежала в его объятиях! Легкость ее худенького тельца, косточки, как у птички, нежную сухую кожу, короткие пушистые кудряшки… Она нездорова – последствия долгого пребывания в гетто и еще более долгого нервного напряжения. Да, она напряжена… Пульсирует от напряжения. Она боится! Да, боится!
Второй важный факт, создающий популярность руководителям варшавского правительства, вытекает из побед Красной Армии. Советские войска двигаются вперед и освобождают Польшу. Это производит большой переворот в сознании польского народа. Известно, что поляки не любили русских, так как русские три раза участвовали в разделе Польши. Однако наступление Красной Армии и освобождение ею польского народа от гитлеровской оккупации совершенно перевернули настроение поляков. Их неприязнь к русским исчезла, вместо неприязни пришло чувство совсем иного порядка: поляки рады тому, что русские гонят немцев, что польское население освобождается, и у них появляется доброе отношение к русским.
– Вы сейчас диктатор. Не просить должны, а приказывать, – с улыбкой сказал Каро и разложил на столе чертежи и таблицы.
– Кол в сердце – этого мало, – сурово ответил Джеймс. – Надо еще отрубить голову и набить рот чесноком. А лучше всего – выволочь гроб на солнце. Тогда вампир прогорит так, что останется только горстка пепла.
Бевин. О Гессе вам не следует беспокоиться.
Пять месяцев воздушный и морской флот всего мира непрерывно доставлял в заранее определенные пункты уже готовые части тормозов. Тело Земли словно ощерилось железными пиками. В неприступных горах взрывался динамит. Завеса копоти, застилавшая новообразовавшиеся овраги, прорезывалась потоками электрических лучей. Бороздящие воды океанов корабли, приближаясь к незнакомым островам с железными башнями, опасливо огибали их.
Вампирша вдруг грациозно опустилась на пол, села в голубом облаке пышной юбки, и сложила ручки на коленях, словно прилежная пансионерка. И принялась рассказывать.
Предельно ясно и четко была изложена позиция Советского правительства в выступлении его главы в день победы над Германией 9 мая 1945 г. Он заявил, что Советский Союз «не собирается ни расчленять, ни уничтожать Германию».[37 - Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Т. III. M., 1947. С. 45.]
Доктор Гисслер сам допросил его в присутствии обоих Хоферов и Магды.
Камарели и Бриан плавно покачивались, Бриан даже вздремнул после плотного завтрака. А Камарели задумчиво смотрел в окно, за которым расстилалось небо. В темноте пылал солнечный шар, однако лучи его не рассеивали мглу. Вдали поблескивал огромный диск Земли, которому, Луна, словно прожектор, освещала дорогу в непроглядной тьме Вселенной.
Твердый холод и сырость камней, на которых лежала. Жжение в разбитых коленках и ладонях. Тупую боль в ушибленной голове. Головокружение… И невыносимое страдание души!
Текст соглашения об учреждении Совета Министров Иностранных Дел гласит:
Димка крепко сжал кулаки, чтобы не позволить ужасу захватить себя и выплеснуться наружу – он слишком хорошо знал, чем это оканчивается обычно. Он пытался думать, но мысли скакали в голове как шарики для пинг-понга, да и что он мог бы придумать? Как повлиять на свою судьбу? Разве хоть раз у него это получалось?…
Граф предпочитал хорошеньких жертв. Чтобы не только жажда, но и эстетическое чувство было удовлетворено. И эти ребята, военные и ученые, – экспериментаторы придурковатые – они не ошиблись в своих расчетах… Действительно, красивые и юные жертвы – лучшая приманка для любого вампира.
И тут из соседней комнаты появилась Лизе-Лотта. В руках у нее – было еще три платья: небесно-голубое с кремовым кружевом, розовое с белым кружевом и лимонно-желтое, из нежнейшего шелка. С сосредоточенным лицом она подошла к Гели, набросила ей на плечи с одной стороны – голубое, с другой – желтое… Поморщилась, кинула платья в кресло. Гели стояла – ни жива, ни мертва. Даже дышать боялась. Не верила своему счастью. Лизе-Лотта полезла в шкаф и извлекла из недр шелковую комбинацию телесного цвета и батистовые штанишки с прошивками.
Настоящий обыск, по всем правилам, с целью обязательно найти беглецов и доставить к профессору Гисслеру непременно живыми. Особенно русского мальчика, который считался мертвым и выжил каким-то чудесным образом и – что самое интересное – явился причиной довольно странного эффекта, который исследователи имели возможность наблюдать из укрытия.
– Я думаю, Камарели не стал бы утверждать так категорически, если бы сомневался в нейтральности марсиан, – ответил Макдональд, – тем более, что говорил он, как видно, со слов Каро.
Ждать чего-то большего было бы очень неразумно. О нем забыли. Всего на несколько секунд, и сейчас – именно в этот короткий миг на него никто не смотрит! А он ведь уже подобрался к самой дверце…